Новый формат?

Южная Осетия и Абхазия вступают в полосу неопределенности. Российские войска обеспечивают их безопасность, но прежние юридические гарантии безопасности, как бы ни были они несовершенны, разрушены.

Грузия объявила о выходе из СНГ и о своем решении денонсировать Московское соглашение о прекращении огня и разъединении сил от 14 мая 1994 года, по которому в Абхазии находятся российские миротворцы.

Дагомысское соглашение от 24 июня 1992 года, которое определяет принципы урегулирования грузино-осетинского конфликта, формально вроде бы действует, но фактически уничтожено.

Некоторые российские официальные лица уже заявляют, что грузинские миротворцы в Южную Осетию не вернутся. К тому, возможно, есть определенные основания, но наличие грузинского миротворческого батальона в зоне конфликта — это одно из принципиальных условий Дагомысского соглашения.

Обсуждение перспектив ввода международных миротворческих сил в зоны конфликтов уже начато, и Россия волей-неволей в нем участвует. Ближайшая задача дипломатов — определить и зафиксировать новый формат миротворческих операций в непризнанных республиках. И то, что это стоит в повестке дня, — пожалуй, единственный успех Михаила Саакашвили.

Подписав "план Саркози", Москва согласилась с тем, что по крайней мере часть войск из Южной Осетии и Абхазии ей придется вывести.

Открытым остается вопрос о том, сколько сил она сможет оставить на их территории.

Положение Абхазии в этом смысле проще.

Если Россия сократит свое военное присутствие здесь до того уровня, который указывается в Московском соглашении о прекращении огня (2,5–3 тыс. человек), этого будет достаточно — конечно, если сохранятся условия для развертывания более крупной группировки.

С Южной Осетией сложнее — до начала войны здесь находилось всего около тысячи российских военнослужащих (по 500 человек в российском и североосетинском миротворческом батальоне).

Как показала практика, этого недостаточно для предотвращения военной операции со стороны Грузии.

В подписанном Дмитрием Медведевым документе есть еще пункт о возвращении грузинских войск в места их постоянной дислокации.

Это буквально означает, что должна быть восстановлена военная база в Гори, которую, судя по смутным известиям из Грузии, основательно "демилитаризировали" российские войска.

Эта база была создана Михаилом Саакашвили специально для операции в Южной Осетии.

Конечно, положение дел в Южной Осетии после войны поменялось радикально.

Военная инфраструктура, которую создали в грузинских анклавах на территории республики МВД и Минобороны Грузии, уничтожена, контроль Тбилиси над этими анклавами утерян.

Но в остальном у Михаила Саакашвили есть шанс отыграть все назад — если в дипломатическом противостоянии с Россией его поддержат США и страны ЕС. А они пока поддерживают.

Пока неизвестно, какие предложения по новому формату миротворческой операции есть у России, если они вообще сформулированы.

Рискнем только предположить, что Москва будет настаивать на том, чтобы,

во-первых, увеличить свой миротворческий контингент, наделить его правом использовать более мощные, чем раньше, вооружения, установить контроль над воздушным пространством непризнанных республик,

а во-вторых, сохранить зону безопасности на собственно грузинской территории вдоль абхазской границы и создать такую зону вокруг Южной Осетии.

Возможно, такие условия покажутся западным партнерам чрезмерными.

Что ж, у России еще остается возможность стукнуть кулаком по столу.

То есть в одностороннем порядке признать независимость обеих республик и заключить с ними соглашения о гарантиях безопасности.

Опыт последних дней показывает, что ничего нам за это не будет.