Надо называть явления их сущностными именами

Явления и вещи в своём общении люди могут именовать либо их сущностными именами, либо "словами-знаками", прямое значение которых не имеет ничего общего с сущностью тех явлений и вещей, которые они обозначают в том или ином контексте.

И языковая культура в своём историческом развитии может достичь такого состояния, когда в ней в большинстве случаев употребляются "слова-знаки", а чтобы добраться до сути тех явлений и вещей, о которых говорят и пишут люди, подчас приходится снять несколько слоёв такого рода "слов-знаков".

Это особенно характерно для культур, помешанных на "политкорректности" (тоже "слово-знак"), что в большинстве случаев исторически реально является одним из средств осуществления принципа "разделяй и властвуй" на основе того, что одни и те же слова одни понимают так, другие — взаимодополняюще, третьи — несовместимым с первыми и вторыми образом, а четвёртые не понимают никак.

Собственно ради получения этого результата культ "политкорректности" и "толерантности" и внедрялся.

И потому "новояз" из "1984" Оруэлла характерен не только для СССР, но и для политической культуры Запада на протяжении многих веков.

Но за это достижение приходится платить заведомо неверным пониманием проблем, подчас глобальных, что было показано на примере так называемого "глобального потепления", и массовость явления неадекватного понимания только усугубляет глобальный общекультурный кризис человечества.

Также и слово "Запад" по отношению к региональной цивилизации, системный кризис которой мы рассматриваем, является одним из таких общеупотребительных "слов-знаков", ни коим образом не характеризующим суть этой региональной цивилизации (т.е.

заложенные в неё системообразующие принципы её функционирования).

Действительно с позиций этой региональной цивилизации определение "Запад" неуместно, поскольку она понимается (по умолчанию) — не как запад, а как центр мироздания; но с точки зрения Африки "Запад" — большей частью север и северо-запад; а с точки зрения японцев и китайцев "Запад" — запад, если смотреть через Евразийский материк, и восток, — если смотреть через Тихий океан.

Но, как и откуда ни смотри, — через "слово-знак" "Запад" системообразующие принципы ("цивилизационные парадигмы"), определяющие суть этой региональной цивилизации — не выявляются.

Может быть высказано уточнение в том смысле, что:

Запад в своей основе — "христианская цивилизация".

Хотя в XIX — ХХ веке она и отшатнулась от своей традиционной веры и впала в атеизм, вследствие чего действительно переживает кризис, но в своей основе Запад всё же — изначально "христианская цивилизация".

Так и С.А.Строев в упоминавшейся выше статье "Инферногенезис" пишет о характеристических свойствах "Запада":

"В первую очередь, это персонализм — представление о личности как о некой нерасчленимой и, в известном смысле, абсолютной данности, "неделимом атоме".

Отсюда и сугубо европейское понятие о личности как о "субъекте" в его оппозиции к "объекту", которое лежит в основе всей познавательной методологии (включая науку) и всей цивилизационной структуры Нового времени.

Человек как личность, как субъект ни в коей мере не является "частью мира", "частью природы".

Субъект (будь то "субъект познания" или "субъект волевого действия") не только автономен от остального космоса, но в определенном смысле качественно превосходит этот космос, ибо последний выступает в роли "объекта" (пассивно-страдательного начала) для реализации познавательного или волевого потенциала субъекта.

Такое представление о личности уникально для Запада.

В "восточных" культурах человек воспринимается как часть общего мирового целого, а его индивидуальность определяется индивидуальными качествами.

Иными словами, Восток знает лишь "индивидуальность" (совокупность черт и признаков), Запад же знает "личность" (свободную и трансцендентную по отношению к индивидуальным характеристикам).

С понятием личности как некой не анализируемой, не расчленяемой на индивидуальные качества данности тесно связано характерное представление о свободе воли, произвольности мысли и действия, не связанной никакой детерминированностью .

Второй момент, который бросается в глаза — это представление о мире как универсальной, единой для всех, "объективной" реальности, устроенной в соответствии с универсальными и неизменными "законами природы".

Законы природы воспринимаются не как субъективные картины мироотражения, а как объективная, универсальная и неизменная реальность, доступная (по крайней мере, в приближении) для рационального познания.

Третья фундаментальная установка — это представление о прогрессе или эволюции как универсальном и имманентном законе природы, реализующимся на всех уровнях и во всех сферах: космологической, биологической, антропологической, социальной, экономической, научно-технической и т.д.

При этом эволюция понимается не просто как изменение, но как поступательное развитие от простого к сложному, от несовершенного к совершенному, от худшего к лучшему.

Последнее особенно примечательно, ибо здесь уже речь идёт не об эмпирических категориях, а об аксиологических, и даже этических.

Прогресс воспринимается не просто как наблюдаемая закономерность или даже универсальный закон, но как нечто, требующее "служения".

Вот те ключевые принципы, которые лежали в основании европейской цивилизации Нового Времени и определяли её частные проявления.

Зададимся естественным вопросом об их источнике.

(…)

Все три отмеченные нами фундаментальные цивилизационные парадигмы, имеют своё происхождение в Христианстве.

Концепция Личности (неделимой, простой, не сводимой к совокупности индивидуальных свойств и качеств) уникальна для западной цивилизации именно как наследницы Христианства.

Создавалась эта концепция, и даже необходимый для её выражения категориальный языковой аппарат, в рамках христианского догматического богословия в отношении, прежде всего, к Личности Бога.

На человеческую личность эти категории были лишь перенесены по принципу подобия, хотя и вполне правомерно — как на образ и подобие Бога.

Представление о мире, как об "объективной реальности" также имеет христианский фундамент и происхождение.

Исходя только из разума и эмпирического опыта доказать реальность существования "внешнего" мира невозможно.

В примитивной форме вопрос может быть сформулирован так: на каком основании можно считать реальность, данную в эмпирическом ощущении, отличающейся от эмпирической же реальности сна? Есть ли основания полагать, что за комплексами субъективных ощущений, воспринимаемых как явления, стоит некая внешняя, независимая от самого субъекта реальность? Или в терминах кантовской философии: если "вещи-в-себе" непознаваемы в своих собственных свойствах — то на каком основании им приписывается свойство существования?

Вопросы эти вовсе не столь праздны и софистичны, как может показаться на первый взгляд.

Как это ни странно для современного сознания, но источником концепции "объективной реальности" выступает именно Христианство как вера в Единого, Абсолютного Бога-Творца.

Это, кстати, признается даже основоположниками философии Нового Времени, в частности Декартом и Беркли.

В культурах, не имеющих представления о Боге-Творце, нет и выраженных представлений об "объективной реальности".

Есть лишь реальность воспринимаемая — единственно возможная и существующая.

Изменение восприятия, изменение состояния сознания изменяет и саму реальность, на чём и основываются многие культовые практики архаических обществ.

Когда же атеистические цивилизации достигают уровня философского осмысления реальности, то отрицание бытия Бога-Творца естественным образом приводит к отрицанию реальности мира и человеческой личности.

Наиболее яркий пример – это буддизм, в котором мир понимается как иллюзия (майя), а человеческая личность — как непрерывный поток недолговечных порождающих друг друга элементарных импульсов-состояний, причинно-следственная непрерывность которого создаёт иллюзию одушевленного существа.

Примечательно, что и в самой западной цивилизации отречение от религиозного сознания сразу же поставило под сомнение реальность мироздания (субъективный идеализм) и существование личности (современная психофизиология определяет личность как уникальный набор потребностей — почти буквально по-буддистски).

Тем более очевидна христианская первооснова восприятия реальности не просто как "объективно существующей", но и познаваемой.

В самом деле, идея реально существующих "законов природы", которые наука лишь открывает, а не конструирует — это прямое и непосредственное следствие веры в то, что мир сотворён разумным Существом в соответствии с определенным планом.

Если предполагать независимое и самодостаточное "объективное" существование материи ещё можно, то концепция объективно и независимо от познающего субъекта существующих законов природы не может не предполагать наличие творческого замысла.

То есть того, что частные вещи и явления являются лишь отражениями имеющих существенно большую степень реальности идей Творца.

Соответствие человеческих познавательных способностей "законам природы" (что является обязательным условием для возможности познания) определяется христианским контекстом возникновения этой идеи: логика человека оказывается адекватна "логике" законов природы в силу того, что человек есть образ и подобие Бога — Творца природы и её законов.

Идея о рациональном познании мира складывается именно в рамках Христианства в форме догматического богословия, а затем и рационального изучения природы и общества, и базой для него служит именно парадигма разумности мироустройства и объективного существования неизменных законов природы.

Важно, что рациональное познание получает здесь обоснование и санкцию свыше — из супрарациональной и сверхчеловеческой сферы божественного откровения, данного или в непосредственном мистическом опыте или через Традицию.

Рациональное познание получает, таким образом, легитимное обоснование, но и чётко установленные рамки корректной применимости.

Наконец, представление об эволюции или прогрессе невозможно вне концепции линейного времени.

Линейность времени определяется сотворённостью мироздания и неизбежной перспективой эсхатологического финала.

Отсюда и представление об уникальности и неповторимости каждого события, поступательном развитии мира к определённой цели, телеологическая осмысленность происходящих мировых процессов.

Это опять-таки сугубо христианское по своему происхождению представление о времени.

Цивилизации, не знающие Бога-Творца, не имеют представления и о телеологическом характере изменений.

Мировые процессы — и само время как мера изменения мира — оказываются циклическими, а в рамках циклической истории всякое представление о поступательном прогрессе теряет смысл.

Таким образом, вся специфика западной цивилизации имеет своим источником Христианство" (приводится по публикации на сайте: http://nabatspb.narod.ru/pub/infernogenesis.htm).

Приведённый выше фрагмент статьи "Инферногенезис" является ещё одним примером того, как, употребляя "слова-знаки", можно впасть в самообман и ввести в заблуждение тех читателей, которые через "слова-знаки" не смогут сами увидеть суть явлений, о которых ведётся речь.

По этой причине приведённый выше фрагмент также является и личным вкладом С.А.Строева в жизненно реальный процесс инферногенезиса.

Прежде всего, если согласиться с С.А.Строевым в том, что "специфика западной цивилизации имеет своим источником Христианство", то это должно означать, что системный кризис и паразитическая агрессивность так называемого "Запада" запрограммированы учением Христа.

Но поскольку "Бог не есть бог неустройства, но мира.

Так бывает во всех церквях у святых" (1-е Послание Павла Коринфянам, 14:33), то есть основания полагать, что так называемый "Запад" основан всё же не на Христианстве.

И можно показать, что слово "христианство", как и слово "Запад", в приведённом выше фрагменте статьи "Инферногенезис" тоже является "словом-знаком", не имеющим никакого отношения к сути учения Христа, поскольку это слово обозначает явление, во-первых, по своей сути враждебное Христианству и, во-вторых, исторически реально заместившее в культуре так называемого "Запада" учение Христа, присвоив при этом себе его имя.

Учение Христа разворачивается из слов: "Закон и пророки до Иоанна; С сего времени Царствие Божие благовествуется и всякий усилием входит в него" (Лука, 16:16, выделено курсивом нами при цитировании).

Но именно это в исторически сложившемся так называемом "христианстве" названо ересью.

Именно от этого делания церкви имени Христа уклоняются на протяжении всего времени после того, как Никейский Собор в 325 г. утвердил первый официальный канон так называемого "христианского" вероучения.

Поэтому и в символе веры так называемых "христианских" церквей (молитва "Верую" в православии) нет ни единой мысли, высказанной Христом, и весь символ веры представляет собой в чистом виде отсебятину отцов-основателей церкви и их кукловодов.

Если учение Христа о становлении Царствия Божиего на Земле усилиями САМИХ людей Божьим водительством объявить ересью и убедить людей в том, что это так и есть, то всё остальное в так называемом "христианстве", в том числе и проистекающее из поучений Христа по тем или иным частным вопросам, успешно интегрируется в качественно иную систему.

Это касается и того, о чём пишет С.А.Строев в приведённом выше его личном вкладе в процесс инферногенезиса.

Эта подмена Христианства заведомой ложью, внедрённой в культуру от имени Христа, и породила системный кризис так называемого "Запада".

Расплата за эту подмену — в форме глобального биосферно-экологического кризиса — вполне соответствует осуществлению одного из пророчеств Христа:

"Род лукавый и прелюбодейный знамения ищет, и знамение не дастся ему, кроме знамения Ионы пророка.

И, оставив их, отошёл" (Матфей, 16:4).

Оно нуждается в пояснении.

Как известно из Библии (книга Ионы), пророк Иона первоначально по своему произволу пытался уклониться от возлагавшейся на него миссии проповеди в Ниневии.

Но он был поставлен Богом в обстоятельства, из которых предпочёл выйти, приняв на себя исполнение ранее ему предложенного.

Иона под давлением обстоятельств, порождённых прямым и непосредственным Божьим вмешательством в течение общественных и общеприродных процессов, всё же смирился перед Богом и исполнил возложенное на него вопреки его собственным вожделениям казни города.

В результате жители Ниневии покаялись под воздействием его проповеди, и город не был уничтожен за прежнее злочестие его населения.

• Как Иона по своему злонравию уклонился от истинной религии и предложенной ему миссии, так и род человеческий, отвергнув первое пришествие Христа с Благовестием Царствия Божиего на Земле людей — по своему злонравию и неверию Богу — уклонился от истинной религии и своего предназначения.
  
  
• Как Ионе Бог показал гибельность его уклонения от Истины через конфликт Ионы с биосферным объектом и через утеснение отступника от Бога в одном из организмов биосферы, так и человечество неоспоримо пришло к конфликту с биосферой в целом и испытывает утеснение в глобальном биосферно-экологическом кризисе.
  
  
• Как Иона, если бы он упорствовал в отступничестве от Бога далее, мог бы погибнуть "во чреве китове", а кит мог бы выплюнуть его останки безо всякого вреда для себя, так и упорствующее в злонравии и безверии Богу человечество имеет возможность погибнуть в глобальном биосферно-экологическом кризисе, после чего биосфера Земли просто отторгнет его останки, как это бывало и в прошлом.

Описанное выше в трёх пунктах — перевод на русский послания от Бога на языке жизненных обстоятельств, хотя не все с этим согласятся, сославшись на то, что за тысячелетия человечество много чего наговорило, так что безпричинные совпадения сказанного кем-то в прошлом с реальными событиями последующих времён неизбежны как выигрыш в лотерею, хотя и редки.

В Коране об этом же глобальном биосферно-экологическом кризисе людям говорится тоже упреждающе, но не иносказательно, а прямо — в предостерегающей форме:

"Бог есть Истина" (сура 31:29 (30) ); "А если бы Истина последовала за их (по контексту: неверующих — наше пояснение при цитировании) страстями, тогда пришли бы в расстройство небо и земля и те, кто в них" (сура 23:73 (71) ), — но не вняли .

И Бог, следуя вседержительно за страстями и отсебятиной людей, даёт возможность на практике убедиться им в том, что "земля и небо и все, кто в них", приходят в расстройство вследствие человеческого своекорыстного самодурства.

И Бог повелел киту исторгнуть Иону в безопасное для того место только после того, как Иона, пребывая в биосферном утеснении на пути к своей безвозвратной погибели, вразумился: "Когда изнемогла во мне душа моя, я вспомнил о Господе, и молитва моя дошла до Тебя, до храма святого Твоего.

Чтущие суетных и ложных богов оставили Милосердного своего (библейский Иона, как и Коран, называет Бога Милосердным), а я гласом хвалы принесу Тебе жертву; что обещал, исполню (выделено нами при цитировании); у Господа спасение! И сказал Господь киту, и он изверг Иону на сушу" (Иона, 2:8 — 11).

Таковы альтернативы, перед которыми ныне оказалось человечество, вследствие того, что так называемые "христианские" церкви так называемого "Запада" (включая и РПЦ) совершили в прошлом акт отступничества от учения Христа, прямо назвали Христианство ересью и упорствуют в этом заблуждении по разным причинам: от скрываемых иерархами посвящений в сатанизм до примитивного страха быть осуждёнными на ад в случае отступничества от традиции, которую они бездумно по предубеждению приняли некогда в качестве истинной.

главная оглавление читать дальше